Возникновение управленческой мысли в древних цивилизациях. Управленческая мысль Вавилонии, Древнего Китая и Индии

2.1. ИСТОКИ И ИСТОЧНИКИ УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ МЫСЛИ

Человечество начало свое существование с примитивного первобытного строя, характеризующегося родовыми отношениями, элементарным уровнем выживания, беззащитностью человека перед природой. Наличие примитивных орудий труда и средств защиты, с одной стороны, и потребность в выживании и приспособлении к окружа­ющей среде, с другой стороны, подталкивали людей к различным формам объединения своих индивидуальных усилий и возмож­ностей, к созданию первых человеческих организаций. В свою очередь, коллективный труд порождал общественную собствен­ность на средства производства, на орудия защиты и продукты совместной деятельности. Принято считать, что в первобытном обществе не было частной собственности, хотя существовала лич­ная собственность на некоторые орудия производства и защиты, на одежду и т. п. Этот период существования бесприбыльного («присваивающего») первобытного хозяйства называют первобытно­общинным, доклассовым обществом.

При всей примитивности его организации найденные исследователями материальные факты, в том числе первые письменные документы, датируемые 4 тысячелетием, под­тверждают наличие в те времена организованных коллективных человеческих действий, направленных на удовлетворение разного рода человеческих потребностей, а значит, и существование уже в ту пору элементов осознанных управленческих воздействий, в частности функций и методов управления человеческими груп­пами, общинами.

Формирование частной собственности, классов в недрах перво­бытного общества и собственно классового общества проходило в разных регионах Земли в разное время и по-разному, хотя обще­человеческая цель была по-прежнему единая: выжить в существу­ющих условиях. В борьбе за выживание стали проявляться зачатки цивилизованного общества как принципиально нового этапа все­мирной истории. Сегодня историки выделяют несколько основных признаков цивилизации, наличие (или отсутствие) которых в обществе говорит об уровне развития данного общества. Среди них:

* создание «производящего» хозяйства, рационально организо­ванной экономики, приносящей значительный прибавочный продукт, поступающий в распоряжение общества;

* создание института частной собственности и владения иму­ществом, концентрация богатств в руках одних и изъятие их У других, расслоение (стратификация) первобытной общины;

* создание письменности в виде системы графических знаков и символов, с помощью которых стало возможным фиксировать и передавать потомству человеческую речь с содержащейся в ней информацией;

появление института государства и права как особого органа, регулирующего общественные и иные отношения;

• появление города как хозяйственного, военного и культурно-религиозного центра, как места концентрации материальных и интеллектуальных ресурсов определенного региона;

• планирование и организация крупномасштабных строительных работ с привлечением больших трудовых и иных ресурсов, что в итоге позволило возвести монументальные сооружения — пирамиды, храмы, дворцы, зиккураты, сложные оросительные системы и пр.

Эти родовые признаки цивилизованного человеческого сооб­щества наиболее ярко и комплексно впервые проявились в госу­дарствах Древнего мира — Древнего Востока, Греции и Рима, чуть позже — в странах Древней Индии и Китая.

Формирование определяющих признаков классов (отношение к средствам производства и роль в общественной организации труда) у разных народов происходило неравномерно. Известны по крайней мере два пути возникновения классов в развитии человеческого сообщества.

Первый путь основан на обособлении, приоритете и соответст­вующей монополизации роли общественных функций в общественной организации труда, а отношение к средствам производства здесь выступает как вторичный, производный момент. Образование классов во втором случае связано с организацией и развитием частного производства, развитием собственности отдель­ных семей на средства производства и на рабочую силу. Соответственно, роль господствующего класса в общественной организации труда в таких случаях вторична (по отношению к средствам и условиям производства).

Страны первого пути становления классов называют общест­вами азиатского способа производства, страны второго пути — обществами античного способа производства.. По первому пути развивались государства Древнего Востока: Месопотамия, Египет, Передняя Азия, Индия, Китай, по второму пути — страны античного мира: Древний Рим, Древняя Греция. И вполне естест­венно, что специфические черты социально-экономического и по­литического развития этих обществ не могли не предопределить особенности развития их общественной мысли, включая управ­ленческую мысль.

Известно, что в период существования человечества на Земле до 5-го тыс. до н.э. действительно существовал большой этап, когда идеи и знания об управлении передавались от одного поколения к другому только в устной форме с целью повторения успешных действий, закрепления хороших традиций и положитель­ного опыта управления хозяйствами первобытных общественных организаций. Начало этому процессу было положено в глубокой древности с появлением первых сообществ людей и их совместной деятельности, а также соответствующего примитивного управле­ния. Идеи и знания управления отражали постепенно обогаща­ющийся опыт управления хозяйством рода, хозяйством нескольких родов — братств (или фратрий), хозяйством племени, хозяйством союза племени, общины, где для выработки общих решений проводились собрания соплеменников и избирались сменяемые руководители-старейшины, а со временем в помощь им и другие выборные лица. Таким образом, уже в эпоху материнской родовой общины были отработаны механизмы избрания руководителей и организационные структуры управления этих общин, отражавшие властные отношения, которые формирова­лись в хозяйственной жизни в мирное и военное время (рис. 2.1).

Загрузка...

Совет племени

Старейшина племени

Племя (объединение фратрий)

Совет фратрии

Фратрия (братство родов)

Совет рода

Старейшина рода

(Военный вождь рода)

Род

Рис. 2.1. Организационная структура органов управления в древних государствах

При всей простоте формирования механизмов и структур управления общинами Древнего мира следует отметить четкость и демократичность этих характеристик системы управления. Об этом писал Ф. Энгельс: «Без солдат, жандармов и полицейских, без дворянства, королей, наместников, префектов или судей, без тюрем, без процессов — все идет своим установленным порядком. Всякие споры и недоразумения разрешаются коллективом тех, кого они касаются, — родом или племенем, или отдельными родами между собой».

С появлением письменности знания об управлении стали фик­сироваться в письменных источниках, в этой форме они (наряду с устной) передавались следующим поколениям. Первоначально это были отдельные замечания, наблюдения, напоминания, советы, поучения.

За много веков до новой эры появились трактаты, содержащие отдельные взгляды, мысли, а иногда и стройные системы взглядов на управление государственным и частным хозяйством. Причины. Во-первых, это объективная необходимость централизованного управления государственным хозяйством, как это было в древних цивилизациях Древнего Востока, Азии, Индии и Китае, вызванная спецификой общественного производства (строительство и эксплуатация жизненно необходимых крупнейших ирригационных систем). Во-вторых, это объективная постоянная потребность в усилении централизованной государственной власти и государственного аппарата, в укреплении экономической мощи и стабилизации хозяйства, обусловленная бесконечными войнами и процессами объединения разрозненных владений, княжеств, царств, госу­дарств в более крупные системы — империи, а также обострением межгрупповой, сословной и классовой борьбы (между рабами и рабовладельцами, мелкими и крупными землевладельцами, демо­кратией и аристократией и т.д.).

Как уже отмечалось, сегодня историки управленческой мысли работают с письменными источниками двух видов — это доку­менты, характеризующие собственно управление хозяйством как деятельность и появившиеся еще в государствах Древнего Востока, и работы, авторы которых пытаются не только осмыслить, но и систематизировать, обобщить представления об управленческой деятельности.

В источниках первого типа фиксировались данные, необходи­мые для управления государственным и иногда частным хозяй­ством, отражалась повседневная хозяйственная практика. Это переписи населения, земельные кадастры, многочисленные доку­менты хозяйственной отчетности, программы развития хозяйств, протоколы оперативных переговоров заинтересованных в этом развитии лиц, деловая переписка, различные юридические доку­менты, оформлявшие имущественные отношения (договора купли-продажи земли, скота, средств производства, рабов, контракты по найму работников, долговые обязательства).

Документы второго типа, напрямую относящиеся к ИУМ, появились гораздо позже, это было связано, скорее всего, с уни­кальностью и узкой прагматичностью управления. Чтобы делать такого рода обобщения (тем более с претензией на научный ре­зультат) необходимы были специальная подготовка и достаточно много свободного времени, у деловых граждан древних царств это отсутствовало. К тому же приоритетность административно-правовых документов, которые имеют более длинную историю по сравнению с организационно-хозяйственными, долго сказывалась на отношении к фиксации управленческих идей.

Первые попытки осмысления хозяйственной и управленческой деятельности осуществлялись в рамках общего мифологического мировоззрения и мифопоэтического творчества, отражавших по­литические, правовые, хозяйственные, экономические, этические, Управленческие и многие другие представления жителей Древнего Востока об окружающем их мире. Система взглядов той поры, а не только письменность, была глубоко символичной.

Таковы древнеегипетские «Поучения» Ахтоя, царей семейства Аменхотепов, Птахотепа, древнеиндийские Дхармашастры. Но главная причина догматического духа и формы мифов древних народов заключалась в том, что они отражали устоявшееся и гос­подствовавшее в ту пору общее представление о божественном происхождении общественно-политического порядка и полити­ческих, властных, управленческих и иных отношений в древних царствах, а верховные правители в царствах (фараоны, цари, богды-ханы, императоры и пр.) преподносились в мифах и восприни­мались в народе либо как наместники бога на Земле, либо как выразители божьей воли.

В ту пору боги символизировали все на свете и придавали осязаемую форму каждой абстрактной идее. Так, существовали боги, олицетворяющие каждую фазу и функцию жизни, каждое значимое действие и происшествие, каждый час и каждый месяц;

Поскольку объектом интересов авторов древневосточной лите­ратуры было прежде всего государственное хозяйство (как царско-храмовое натуральное, так и возникшее позже товарное), то ис­точники имеют нормативный характер. В них отражена суровая Дисциплина всего восточного общества — регламентация хозяйственной жизни, нормирование труда, быт царских земледельцев и Ремесленников, процедуры подбора и расстановки работников, нормы оплаты труда, формы и нормы наказания и вознаграждения и т. п.

Учитывая объективную потребность в организации жизненно-важных работ, можно было предсказать, что в древних государствах для рационального и эффективного управления крупными хозяйственными объектами должны были прийти к мысли о раз­работке служебных обязанностей чиновников и даже Табели о рангах. Найденные документы только подтвердили эту гипотезу.

Система письма, которую употребляли народы, жившие в древ­них государствах Месопотамии, в бассейне Тигра и Евфрата и которая распространилась впоследствии за пределы Шумера, Аккада и Вавилона, получила название клинописи. В эпоху иерог­лифической письменности обучиться ей было довольно трудно, на это требовались долгие годы. Однако самое главное — обучение письменности было уделом избранных, так как они посвящались в понимание смысла этих иероглифов как символов. Обучались только дети жрецов, управляющих, чиновников, капитанов ко­раблей и других высокопоставленных лиц. Обучение древнему письму происходило в специальных школах, в так называемых «домах учения писанию». Попасть туда было заветной мечтой представителей среднего класса, а научиться грамоте означало выбиться в люди, стать государственным чиновником.

Чиновник древности — это, как правило, человек ученый, воспитанный, образованный. Школы находились при храмах и дворцах, поскольку для храмового хозяйства и государственных ведомств требовались грамотные люди.

По мере укрепления частного владения и собственности от­дельных лиц, развития товарно-денежных отношений и рабства объектом управленческой мысли становится частное хозяйство вельмож, занимавших высокие должности в государственном аппарате. На начальном этапе развития о некоторых аспектах управления частным хозяйством той поры можно судить только по нормативным документам Древнего Востока, отражавшим иму­щественные отношения, (например, известный указ царя Неферкара из Абидоса, законы вавилонского царя Хаммурапи, средне-ассирийские законы, декрет Сети I из Наури, хеттские законы и др.).

Затем в древневосточной литературе стали появляться специ­альные сочинения, посвященные управлению государством и госу­дарственным хозяйством. Интересный материал содержится в творениях эллинистического и римского периодов. Среди них — «Жизнеописание вельможи Уны», «Иммунитетная грамота фараона Пиопи II из Коптоса», «Надпись Ити из Гебелейна», «Поучения Гераклеопольского царя своему сыну Мерикара» и многие другие. Но наиболее системно отражены практически все аспекты управ­ления (в самом современном его понимании) в изданных гораздо позже известных трактатах «Артхашастра», «Гуаньцзы», «Законы Ману», «Мэнцзы», «Фуго», «Хань Фэй-цзы».

Различные письменные источники, содержащие представления об управлении, были созданы практически во всех государствах, возникших на нашей планете. По мнению историков, раньше всего это произошло на Древнем Востоке, где в силу благоприят­ных географических условий быстрее, чем на других территориях, шла концентрация населения. Здесь впервые стали развиваться земледелие, скотоводство, торговля, были построены первые города и крупные ирригационные системы, созданы первые государствен­ные образования. Именно народы Древнего Востока, Древнего Египта, Месопотамии (городов Шумера, Аккада, Вавилона, Ура, Лагаши, Мари и др.) дали миру первые великие цивилизации, продемонстрировали быстрое развитие хозяйства, заложили основы высокой культуры.

Родиной самых ранних исторических преобразований стал Египет эпохи Древнего царства, территория которого начала засе­ляться уже в эпоху палеолита.

Всемогущество религии, блестящее развитие искусства, архи­тектуры, всеобъемлющее значение центральной власти — это черты, которые ярко проявляются в период египетской истории, начинающийся с III династии (около XXX в. до н.э.) и называ­емый в науке Древним царством. Древнее царство было строго централизованным бюрократическим государством. Патриархальный характер царствования египтян особенно нагляден при рассмотрении отношения царей к окружавшим их вельможам. Эти вельможи были не только родовитыми пред­ставителями знати, среди них немало было и таких, которые выдвинулись из обыкновенных чиновников и людей незнатного происхождения благодаря своим дарованиям и честности.

Большое значение для формирования источников управлен­ческой мысли имеют многочисленные документы хозяйственной отчетности, найденные в архивах различных городов Шумера и Аккада — Уммы, Лагаша, Ура, Ларсы, Мари, а также Египта эпох Древнего, Среднего и Нового царств. Среди этих документов особый интерес представляют обширные сводки учета «произвед­ена операций с рабочей силой», договоры на продажу и аренду дельных участков, документы отчетности торговцев (перечни доходов и расходов, отчеты о торговых операциях, ценники). Ад­министративная переписка царя Хаммурапи с его чиновниками в Ларсе дает представление о системе искусственного орошения и административного управления в Вавилоне в 1-й половине 2-го тыс. до н.э. Именно эти документы послужили точкой от­счета зарождения учета и контроля хозяйственной деятельности и ряда других управленческих функций.

2.2. ИДЕИ УПРАВЛЕНИЯ В ТРУДАХ МЫСЛИТЕЛЕЙ ДРЕВНЕГО ЕГИПТА И ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ

Характеризуя управленческую деятельность, древние египтяне о уделяли внимание взаимоотношениям, которые должны складываться между верховными правителями и высшими чиновниками. Большой интерес в этом плане пред­ставляют «Поучения Гераклеопольского царя своему сыну Мери-кара» (XXII в. до н.э.). «Велик царь своими вельможами», — замечал автор поучений Ахтой III. Он писал своему сыну: «Уважай твоих вельмож... Возвышай твоих вельмож, чтобы они поступали по твоим законам». Главным условием успешных действий вельмож царь считал мудрость, подчеркивая, что «мудрость — это прибежище для вельмож. Не нападают на мудреца, зная его мудрость».

Несмотря на жестокость рабовладельческих порядков, в древне­египетских источниках часто проводилась мысль о необходимости гуманистической ориентации в управлении, об отражении в уп­равлении интересов простых людей и защите справедливости. Очень четко эта мысль звучала в упоминавшихся «Поучениях Гераклеопольского царя», где Ахтой III советовал сыну: «Не будь злым, будь доброжелательным... Умножай богатство горожан сво­их... Твори истину... Сделай, чтоб умолк плачущий, не притесняй вдову...

В общем наборе управленческих действий особое внимание уделялось карательным функциям, направленным на обеспечение порядка в стране и подавление противодействия верховной власти.

Во II тыс. до н.э. египтяне, чтобы лучше организовать управ­ленческий процесс, стали создавать прототипы будущих табелей о рангах, точнее, составлять должностные инструкции для наи­более важных участников процесса управления государственным хозяйством с перечислением их функций, порядка служебной деятельности, должностных обязанностей и прав визирей — вер­ховных сановников.

Характеризуя различных участников управленческого процесса, египетские источники очень подробно писали о роли и деятель­ности писцов, которые не только занимались составлением текстов и делопроизводством, но и выполняли разнообразные админист­ративно-финансовые функции.

Признавая выгодность управленческой деятельности, древне­египетские источники обращали внимание, что при ее осуществ­лении нередко имеют место недобросовестность, вымогательство, мздоимство, и выступали за устранение этих злоупотреблений. Фараон Хоремхей в своем указе (XIV в. до н.э.) заявлял чиновникам и судьям: «Я наставлял их по пути жизни и направил их на правду. Мое наставление для них: "Не якшайтесь с другими, не берите взятку..."». В «Поучениях Ани» для борьбы со злоупотреблениями в управлении предлагалось не передавать управленческие долж­ности по наследству, так как «нет сына, чтобы стать начальником сокровищницы, нет наследника начальника канцелярии, вельможи, контролера и писца, искусного своей рукой и в своей работе... Это не то, что дается детям по наследству».

Интересные идеи в области управления оставили после себя древние народы Передней Азии, создавшие наряду с египтянами еще один старейший очаг человеческой цивилизации. Как и египет­ские документы, источники Двуречья свидетельствуют о развет-вленности и активности управленческой деятельности в самые древние времена. В одном из старейших для этого района источ­нике — «Надписях Лагашского царя Урукагины» (XXIV в. до н.э.) упоминалось о существование в государстве таких управленческих должностей, как патеси (сначала старейшины, а затем местные царьки), атриги (крупные чиновники государственного и храмового управления), землемеры, надзиратели за пастухами, за овчарами, за рыбаками, за кораблями, начальники дома трав, пивоварни, заведующие складами, закромами и т. д. В ранних источниках Старовавилонского Царства, как и в египетских документах, прово­дилась мысль о необходимости привлечения верховным правите­лем к управлению страной верных сановников и о распределении между ними управленческих функций. Зачастую такая схема при­писывалась богам, а затем проектировалась на земные дела. В «Сказаниях об Атрахасисе» (XVIII в. до н.э.), например, богам приписывалось выделение верховного владыки и назначение управляющего, советника, надсмотрщика.

Древний Вавилон одним из первых в мире выдвинул и прак­тически реализовал идею деления страны на административные округа и назначения во главе них правителей, которых посылали сюда вавилонские цари. На правителей возлагались управление °кругами, сбор дани, контроль за соблюдением законов и другие* обязанности. Разветвленность управленческой системы в Передней Азии постепенно нарастала и достигла таких масштабов и структурных размеров, что уже в VII в. до н.э. в Ассирии список чинов­ников царя Асархаддона содержал упоминание о 159 должностях.

Освещая тенденции развития управления, переднеазиатские Источники свидетельствовали о стремлении правителей государств этого региона совершенствовать и развивать управление. В этих источниках содержались сведения о первых государственных реформах в сфере управления, предпринятых царем Лагаша Уру-кагиной (XXIV в. до н.э.), шумерским царем Ур-Намму (XXII в. до н.э.) и другими правителями. Весьма содержательными были более поздние реформы направленные на организацию стабильного управления завоеван­ными территориями. Вместо старых территориальных образо­ваний царь создавал новые округа, меньшие по размерам, что облегчало управление ими. Во главе округов ставились верные царю наместники, которым были подчинены ассирийские военные гарнизоны. В округа назначались особые чиновники для сбора податей и формирования воинских подразделений. Все, что ук­репляло царскую вертикаль управления, повышало дисциплину управления, усиливало контроль со стороны центральной власти.

Полезным для совершенствования управления было составле­ние в Новохетском царстве специальных предписаний для санов­ников и государственных служащих, определявших их права и обязанности. Особенно подробной и четкой была «Инструкция» для «господина пограничной охраны», в которой были перечислены подчиненные ему крепости, отряды и учреждения, устанавливались его функции, направленные на обеспечение постоянной оборон­ной готовности, руководство работами в царском хозяйстве, реше­ние судебных, религиозных проблем. Подробные инструкции были составлены для городских управляющих, высших военных чинов и др.

В Малой Азии сильнее, чем во многих других регионах, была выражена нацеленность управления на обеспечение справедли­вости и служения подданным. Декларирование служения управления интересам справед­ливости и защиты интересов подданных четко прослеживалось и в знаменитых законах вавилонского царя Хаммурапи, где стави­лась задача «справедливо управлять своей страной», «справедливо руководить людьми и дать стране счастье», добиваясь, «чтобы сильный не притеснял слабого». Такие же мотивы звучали в эдикте вавилонского царя Аммицадуки (XVII в. до н.э.).

Справедливость закреплялась и в официальных документах по отношению ко всем и по всем делам, от кого и от чего зависело «счастье в стране». Вот как звучат некоторые законы Хаммурапи:

«п. 42. Если человек арендовал поле для обработки и не вырастил на поле зерна, (то) его следует уличить в невыполнении (необхо­димой) работы на поле, а затем он должен будет отдать хозяину поля зерно в соответствии (с урожаем) его соседей»; «п. 99. Если человек дал человеку серебро для товарищества, (то) прибыль и убыток, которые будут, они должны поровну поделить перед богом»; «п. 229. Если строитель построил человеку дом и свою работу сделал непрочно, а дом, который он построил, рухнул и убил хозяина, то этот строитель должен быть казнен». А таков текст одного из хеттских законов (XVI в. до н.э.): «п. 146. Если кто-нибудь покупает дом, или селение, или сад, или пастбище, а другой (человек) придет и опередит того (первого человека) и предложит покупную цену выше (первоначальной) цены, (то) он считается провинившимся и должен дать 1 мину серебра. (Пер­вый же человек) покупает по первоначальной цене».

Представление о системе административного управления в Вавилонии в 1-й половине 2-го тыс. до н.э. дает переписка царя Хаммурапи с его чиновниками в городе Ларса. В малоазиатской практике постоянно проводился принцип решительности и твер­дости в управлении, декларирующий обязательное и беспреко­словное выполнение принятых установок. «Пусть мои указы, — подчеркивал Хаммурапи в послесловии к своим законам, — не имеют нарушителей их».

Четко прослеживалось во всех управленческих установках пра­вителей и свойственное всем странам неприятие злоупотребле­ний служебным положением, корысти, использования власти для личного обогащения. В законах Хаммурапи предусматривалась смертная казнь сотникам и десятникам за присвоение имущества воинов и их притеснение. Нацеленность на борьбу с мздоимством и незакон­ным обогащением прослеживалась у вавилонян и в последующие периоды. Показателен в этом отношении документ о привилегиях вавилонских городов, написанный в VIII в. до н.э. В нем говори­лось: «Если визирь или приближенный царя... примут взятки, то эти лица умрут от оружия, место их обратится в пустыню, дела их унесет ветер». В то же время следует отметить, что справедливых чиновников данный документ защищал, заявляя, что если царь визиря «не чтит, страна на него восстанет».

2.3. РАЗРАБОТКА ПРОБЛЕМ УПРАВЛЕНИЯ В ДРЕВНЕМ КИТАЕ

Истоки управленческой мысли. Наиболее яркой и отличительной (от древнеегипетской и шумерской мысли) особенностью следует считать демифологичность и рациональность. Будучи доста­точно равнодушной к религиозно-метафизическим спекуляциям и не уделяя внимания воспеванию божеств и их героических деяний, древнекитайская мысль сконцентрировала свое внимание на проблемах общества, этики, государства, управления государ­ством. Древнекитайская цивилизация, включая урбанизацию, производство изделий из бронзы, сложную социально-политичес­кую структуру (протогосударство) и письменную культуру, сложи­лась примерно в ХIV-ХШ вв. до н.э. К этому времени относится и зарождение общественной мысли. Источниками управлен­ческой мысли XIV—VI вв. до н.э. служат эпиграфические надписи на ритуальных бронзовых сосудах, а также письменные источ­ники — древнекитайские летописи «Чуньцю», «Цзочжуань», «Гоюй», философские сочинения, трактаты «Мэнцзы», «Моцзы» «Чжоули», «Гуаньцзы» и др.

Многие идеи и управленческие представления, оказавшие глу­бокое воздействие на дальнейший процесс развития китайской управленческой мысли, были сформированы в VI—III вв. до н.э. не использовала бы богатейшее наследие китайских мыслителей именно этой эпохи.

История древнекитайского общества насыщена глубокими и серьезными изменениями в социально-экономических отноше­ниях. В этот период продолжает развиваться разделение труда и обособление ремесла, различные формы собственности, фор­мируется классовое расслоение. По-прежнему в жизни древне­китайского общества исключительно большую роль играет община.

Прогресс земледелия и ремесленного производства способст­вовал развитию торговли и обмена как внутри отдельных владений, так и между ними. Возрастающая роль товарообмена стимулировала развитие денежного обращения.

Важные сдвиги в социально-экономической и политической жизни Китая сопровождались крупными успехами в развитии науки и культуры. Развитие сельского хозяйства, ремесла, торговли, денежного обращения, укрепление экономических связей способ­ствовали расширению научного познания древних китайцев. Они проявляли все больший интерес к изучению явлений природы. На этой основе зарождались и развивались простейшие научные методы, пробивались первые ростки рационалистического научного познания окружающей человека действительности.

Разложение первобытно-общинного строя и возникновение классового общества и древнейших государств в Древнем Китае произошло еще во 2-м тыс. до н.э. В эпоху правления Западного Чжоу (Х1-УШ вв. до н.э.) социальная диф­ференциация была закреплена в системе социальных рангов. Все свободное население Чжоу делилось на 5 социальных групп, соот­несенных друг с другом по принципу иерархии, которая в Подне­бесной (как называли в ту пору Древний Китай) была более четко выражена, чем в других древневосточных обществах. Группа, зани­мавшая верхнюю ступень в иерархической лестнице, была пред­ставлена чжоускими ванами. Ван являлся правителем Поднебесной и считался «единственным среди людей». Он был собственником Поднебесной, т. е. все земли Поднебесной считались принадлежащими вану. Вторая группа — это чжухоу, правители наследственных владений, представители высшей аристократии. Третья — дафу, главы тех родоплеменных групп (или цзун), которые в своей совокупности составляли население наследственного владения чжухоу. Четвертая группа — ши, главы больших семей, входивших в состав того или иного цзу. В группу ши в последующие века стали включать и людей умственного труда, ученых. И, наконец, пятая группа — простолюдины. Помимо этих «ранжированных» групп в древнекитайском обществе существовала еще и большая группа «бесправных людей» — подневольных работников, слуг и рабов.

Основные течения управленческой мысли. Большие достижения в естественнонаучном понимании мира, несомненно, следует считать одной из важнейших предпосылок возникновения и раз­вития философской мысли в Древнем Китае, которая включала общественно-политические взгляды, в том числе и .о государст­венном управлении.

Конфуцианство. Огромное влияние на философскую и обще­ственно-политическую мысль Китая оказало учение Конфуция /551—479 до н.э.). После смерти Конфуция его ученики на основе имевшихся записей суждений и бесед своего учителя составили книгу «Лунь юй» («Беседы и высказывания»), где были изложены его взгляды на государство и управление. Конфуций трактует госу­дарство как большую семью, где отношения правящих и поддан­ных представлены как семейные отношения: младшие зависят от старших, власть императора («сына неба») сравнивается с властью отца. Управление людьми, по Конфуцию, должно осуществляться не посредством жестких законов, а посредством системы исто­рически сложившихся норм поведения людей и ритуалов — ли. В основе представления о ли лежала идея Конфуция об исконном и неизменном делении всех людей на тех, кто управляет, и тех, кем управляют. Так, он отмечает, что такие социальные группы, как «темные люди», «простолюдины», «низкие», «младшие» («тру­дящиеся низы» — сяо-жэнь), в обязательном порядке должны под­чиняться «благородным мужам», «лучшим», «высшим», «старшим» (управляющим верхам — цзюнь-цзы).

Конфуций и его последователи выступали за добродетель и против насилия как метода государственного управления. «Зачем, Управляя государством, убивать людей? Если вы будете стремиться к добру, то и народ будет добрым. Мораль благородного мужа (подобна) ветру, мораль низкого человека (подобна) траве. Трава наклоняется туда, куда дует ветер... Людей следует не наказывать, а перевоспитывать». Конфуций призывает правителей, чиновников и подданных к добродетели, которая обязательно должна быть в основе всех их взаимоотношений. Причем решающая роль принадлежит соблюдению требований добродетели правящим классом, так как от этого зависит господство норм нравственности в поведении подданных. Подданные, говорит Конфуций, должны быть

преданы правителю, слушаться и почитать «старших». В этом и состоит их добродетель.

Конфуций понимал, что добродетель на разных уровнях уп­равления должна проявляться неодинаково, поэтому на вопрос:

«Что такое правильное управление?» — он давал разные ответы с учетом личности спрашивающего. Так, сановнику Цзи Кан-цзы, узурпировавшему власть в родном царстве Конфуция Лу, был дан такой ответ: «Управлять — значит поступать правильно.

Немалое место в трактате «Беседы и высказывания» уделено конкретным практическим советам в области управления, в част­ности в управлении персоналом. «Опирайтесь на помощников, прощая им мелкие провинности; привлекайте к службе доброде­тельных и способных». Кроме того, дельный чиновник должен уметь все слышать и видеть, отбрасывать сомнительное и недо­стоверное и осторожно высказывать свое мнение; избегать риско­ванного и опасного и действовать с осмотрительностью. Только тогда он может рассчитывать на успех. Никогда не следует бро­саться словами, если не можешь подтвердить их делами. Другому своему ученику Цзы-ся, когда тот занял важный административ­ный пост, Конфуций советовал: «Не спеши с решениями, не пере­гружайся мелочами. Будешь спешить — не сумеешь вникнуть в суть дела; утонешь в мелочах — не сумеешь решить крупные проблемы».

Конфуцианство в Китае вскоре после своего возникновения стало одним из самых влиятельных течений философской и об­щественно-политической мысли, было признано официальной государственной идеологией. Своими трудами Конфуций внес также большой вклад в развитие всемирной управленческой мысли.

Мо-цзы принадлежит идея договорного происхождения госу­дарства и управления, аналогичная модели Т. Гоббса и Ж.Ж. Руссо. При этом государство в его доктрине выглядит не только как сред­ство управления, но и как инструмент глобального принуждения, но не во имя процветания одних за счет других, а во имя конфуци­анской идеи великой справедливости, всеобщей равновеликости.

В то же время идеальной моделью управления Мо-цзы считал жесткую административную структуру, в рамках которой народ расчленен, лишен традиционных семейно-общинных связей и целиком иден­тифицирует себя с руководством, стремясь продемонстрировать ему лояльность и не опоздать с доносом на соседа. «Полицеизм» Мо-цзы подтверждается в его утверждении о том, что админист­ратор должен обладать не только высоким престижем (для уваже­ния) и окладом (для доверия), но и большими полномочиями, чтобы его боялись. И хотя в его обязанности входит умело управлять, быть справедливым, увеличивать доходы и выступать против всего бесполезного, основа полицейской модели управления подтверж­дается во многих утверждениях Мо-цзы.

Большое место в древнекитайских течениях общественной мысли занимает легизм. Автором которого является видный теоретик легизма, , государственный деятель и реформатор Древнего Китая Шан Ян (390-338 до н.э.).

Настроенный на радикальные реформы в государственном управлении, мудрый Шан Ян создал концепцию полицейского государства как гигантской всеохватывающей машины принужде­ния, модель управления которым должна конструироваться на системе жестких законов (фа) и суровых наказаний. Это было связано с его пониманием взаимоотношений между народом и государственной властью как антагонистических (по принципу «кто — кого»). Только с помощью жестких законов людей можно подчинить порядку. «А ныне, когда государь назначает на долж­ности в зависимости от таланта и способности мыслить, люди с острым умом, учитывая, нравится или не нравится это правителю, заставляют чиновников решать дела, льстя правителю. В итоге — отсутствие определенной системы назначения на должности, от­сутствие порядка в самой стране и невозможность сосредоточить усилия на Едином» (т. е. на земледелии и обороне страны. — Авт

Шан Ян придавал большое значение внедрению в жизнь прин­ципа коллективной ответственности в деле укрепления управления, отдавая предпочтение наказаниям перед наградами. Причем этот принцип распространялся не только на круг людей, охваченных семейно-родовыми связями, но и на объединение нескольких общин (дворов). Все они были охвачены круговой порукой. Эта система тотальной взаимослежки стала существенным моментом. В последующей практике государственного управления в Китае (и во многих других странах), сыграв значительную роль в укреп­лении государственной власти. А в процессе реформ Шан Яна в царстве Цинь, где он получил должность министра и сумел осу­ществить свои преобразования, теоретический тезис о системе тотальной слежки был воплощен в форме создания ячеек донос­чиков («пятков» и «десятков») семей, связанных взаимной ответ­ственностью, круговой порукой. Причем этот же принцип был распространен и на чиновничество: донос на сослуживца избавлял чиновника от наказания за поступок, о котором он по долгу службы обязан был знать.

Министр Шэнь Пу-хай (400—337 до н.э.), который оставил после себя трактат «Шэнь-цзы». Высказывания Шэнь Пу-хая представляют собой, говоря современным языком, руководство по поведению для топ-менеджеров. По мнению мыслителя, чтобы стать мудрым правителем, необходимо овладеть технологией власти. Первое условие здесь — выдержка, непроницаемость, скрытность. Второе, и в некотором смысле основное, — недеяние, т. е. внешняя непро­ницаемость и даже пассивность, за которыми скрываются инфор­мационная насыщенность и активная готовность, способность в любой момент вмешаться и дать нужное указание: «Умный правитель может надеть на себя личину глупости, проявить неуве­ренность, робость... Он скрывает свои мотивы и демонстрирует миру недеяние. И тогда ближние любят его, а дальние стремятся к нему». Недеяние (увэй) — важнейший принцип мудрой админи­страции, разработанный еще Конфуцием. Но Шэнь существенно обогатил этот принцип.. Если Конфуций настаивал на мудрости и проницательности как главных атрибу­тах принципа недеяния, то Шэнь считал, что таковыми должны быть методы управления и процесс принятия решений. Одно из главных его управленческих правил: «Никогда не отдавайте не­выполнимых приказов!». Вместе с разработанной им системой управления персоналом принцип недеяния составлял понятие искусство управления, или технология власти. Что касается кадров управления, то они подбирались под дела и работы, а не наоборот. В основе искусства управления — четкое разделение функций чиновников, жесткая субординация и иерархия структур, право руководителя на параллельные источники информации.

По мнению Шэнь Пу-хая, при подборе кандидата и назначении на должность следует руководствоваться 3 критериями: способ­ностью и компетенцией кандидата, его достижениями в прошлом и старшинством. Шэнь Пу-хай выступал против идеи Конфуция подбирать чиновников по рекомендациям и протекции и настаивал на руководстве только указанными объективными критериями. Именно в связи с этим он разработал комплексную систему уп­равления персоналом — син-мин, которая включала процедуры и методы найма, экзамен (аттестацию), оценку, расстановку чиновников и контроль над ними.

В те же годы изучались и разрабатывались общие проблемы управления хозяйством страны.

. Основная цель реформ и выработки принципов управления:

- усиление центра­лизованной власти в связи с возникшими в государстве новыми социально-экономическими явлениями, процессами и отношени­ями

— появлением частного рынка и товарно-денежных отношений, приватизацией и усилением позиций частных собственников («стяжателей»).

Была со­здана теория регулирования цен на зерно, решая проблему неуро­жайных лет.

Земля (как сказано) является основой для системы управле­ния. Присущие земле законы сами по себе создают управление (считающееся) с этими законами. Если земли не приве­дены в устойчивое равновесие путем межевания и не проведено размягчение почв (т. е. агротехнические мероприятия), то тогда и управление нельзя упорядочить. Если правильность нарушается (т. е. если правильное становится неправильным), то в чиновном управлении нет порядка, а если в чиновном управлении нет порядка, то хозяйственная деятельность нарушается, а если хозяйственная деятельность не упорядочена, то товаров немного. Поэтому как можно узнать, что товары име* ются в изобилии? Ответ: по урегулированному состоянию хозяй­ственной деятельности. А как можно узнать, что хозяйственная деятельность находится в урегулированном состоянии? Ответ: по обилию товаров» (выделено нами. — Авт.) [23. С. 256—257].

Перечень мер по осуществлению централизованного управле­ния экономикой страны представлен очень широко. Здесь и создание больших зерновых запасов, и умелое распоряжение ресурсами (горы, леса, промыслы), и нормирование ростовщичес­кого процента, и регулирование торговли с соседними и налаживание строго централизованного учета.

Руководящее начало в управлении государством заключается в том, что необходимо предварительно обогатить народ. Если народ богат, то им легко Управлять. Если народ беден, то им трудно управлять.

Хань Фэй-цзы определяет искусство управления как непости­жимые для других методы, скрытые в душе; при ловком маневри­ровании ими кажется, что их очень трудно уловить и распознать. «Мудрый правитель, — пишет он, — в своем правлении подобен Небу (непроницаем), а в использовании людей — духам».

Искусство управления, по Хань Фэй-цзы, базируется на сле­дующих 8 принципах поведения руководителя:

1. Не уступать власть другим.

2. Заставлять людей следить за настроениями друг друга.

3. Быть скрытным, не разоблачать себя.

4. Считать всех людей дурными.

5. Не считаться ни с какими моральными ценностями.

6. Поощрять политику одурманивания народа.

Большую роль в руководстве чиновниками, как и в управле­нии всем народом, Хань Фэй-цзы отводит системе наград и нака­заний. «Чиновники боятся наказаний, — пишет он, — и считают полезными награды. Поэтому если правитель сам применяет свои наказания и награды, то чиновники боятся его авторитета и под­чиняют себя его интересам». Большое значение ученый придавал умению чиновников со­ставить обстоятельный доклад, отчет о ходе дела.

Анализируя сказанное, можно сделать вывод, что Хань Фэй-цзы затронул наиболее важные вопросы в развитии системы уп­равления, его трактат по праву можно считать одной из первой попыток системного изложения проблем управления и направлений их решения. Эти проблемы ставили и решали также китайские мыслители последующих периодов. Хан Фэй-цзы задал настолько высокий системный уровень проблем, что следующие поколения ученых старались следовать его примеру и затрагивали их большую часть в своих сочинениях. Одновременно с уже устоявшимися категориями управления — кадры управления, принципы управле­ния — в трактатах все чаще стали появляться термины из совре­менного научного понятийного аппарата — система управления, методы управления, функции управления и многие другие.

2.4. ВЗГЛЯДЫ НА УПРАВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ХОЗЯЙСТВОМ В ДРЕВНЕЙ ИНДИИ

Об экономической жизни, общественных отношениях, идео­логии и культуре Древней Индии 2-й половины 1-го тыс. до н.э. К этому периоду относятся первые попытки классификации норм обычного права, дающие ценнейший материал для ИУМ. Одним из таких сборников является «Манавадхармашастра», которая обычно переводится как «Законы Ману». Появляются также трактаты по различным вопросам управления. Самым известным из них является «Артха-шастра, или наука о политике». Этот трактат составлялся примерно в IV в. до н.э. — 11—111 вв. н.э.

Характерной чертой исторического развития Индии и госу­дарственного устройства является рабство, возникшее в недрах первобытнообщинного строя, которое не могло развиться до ан­тичных форм. Фактическим тормозом была сельская община как форма экономической и социальной организации свободного населения. Необходимость коллективных усилий организованных расс людей при строительстве дамб и других ирригационных сооружений была одной из причин сохранения общины. .

Другой основой общины, помимо коллективного владения, было непосредственное соединение земледелия с ремеслом, превращение общины в целое. Государственные организации почти не вмешивались в дела общины, у нее была своя сельская администрация. Тормозом распада общины и развития частной собственности была государ­ственная собственность на землю. Эта форма позволяла рабовла­дельческой знати с помощью государственного аппарата не только эксплуатировать, но и посредством налога грабить свободное насе­ление.

Таким образом, в Индии существовал феодальный строй с осо­бенностями, присущими ряду государств Востока. В частности, царь являлся юридическим собственником земли, но практически ею распоряжалась община. Государственный строй характеризо­вался восточной деспотией, культом царя, очень часто возникали дворцовые интриги. При царе существовал совет — паришад — из представителей знати семей рабовладельческой аристократии. Паришад имел лишь совещательные функции. Царские чиновники управляли городами, провинциями и селами. Были оформлены сборники законов — наставлений и вед. При управлении страной царь опирался на огромный бюрократический аппарат, институт надзирателей, армию, которых необходимо было содержать за счет налогов и податей. Существовали военное и судебное ведомства, огромная постоянная армия, помогающая соблюдать законы дан­ного строя.

Важнейшим руководством для управления государством в ту пору и последующие эпохи служили трактаты «Законы Ману» и «Артхашастра». Трактат «Законы Ману» создавался в течение 400 лет (II в. до н.э. — II в. н.э.) и просуществовал почти два тысячелетия как действующий своддхарм (законов, религии, пра­вил регламентов, обычаев или наставлений) для всех индийцев по широкому кругу вопросов.

В трактате приводятся интересные мысли о системе управле­ния персоналом. Вообще говоря, в работах мыслителей Древней Индии наиболее многочисленны те разделы и главы, где речь идет об администрации, чиновниках государственной службы, управ­ленческих работниках. В них рассматриваются по существу все кадровые проблемы в комплексе, т. е. излагаются вопросы оценки потребности в кадрах управления, формулируются требования к управленческим кадрам, принципы подбора и расстановки кад­ров, цели, задачи и методы их подготовки к деятельности в систе­ме управления, приводятся различные системы вознаграждения, характеристики разных стилей управления, вопросы делегирования полномочий.

Структура и краткое содержание «Артхашастры». Название «Артхашастры» переведено как «Наука политики», хотя в этимо­логическом смысле «Артхашастра» означает «Наука о выгоде» или «Руководство для достижения полезного», что и требует особого внимания к этому трактату специалистов по ИУМ. Произведение, приписываемое Каутилье, называется именно «Артхашастра», а не «Нинишастра» — «Наука политики» (в буквальном смысле). Известно, что Каутилья из всех критериев успешного управления отдавал предпочтение именно материальной выгоде, или пользе («артха»), считая ее главной, ведущей целью любого управления, поэтому он и дал своему трактату название «Артхашастра».

«Артхашастра» — большое произведение, состоящее из 15 отде­лов, или книг. Каждый отдел, в свою очередь, имеет разделы и главы. Всего насчитывается 150 глав, 180 разделов, или 6000 стихов (в число последних включается общее количество фраз трактата).

Каутилья отдает предпочтение одной из целей — пользе, считая ее главной, ведущей, хотя в некотором смысле и всту­пает сам с собой в противоречие, нарушая тем самым единство этой тройки. Но Каутилья объясняет свой выбор очень просто:

«Каутилья считает, что главное — польза, ибо закон и любовь основаны на пользе». В частности, Каутилья раскрывает понятие пользы на при­мере хозяйства: «Учение о земледелии, о скотоводстве, о торговле составляет учение о хозяйстве. Оно приносит пользу доставлением зерна, скота, золота, лесного товара и обязательного труда. При помощи его царь подчиняет себе сторонников и врагов через казну и войско».

Как видим, уже в те далекие времена в Древней Индии серь­езно обсуждался и решался вопрос о научности в государственном управлении и о пользе науки в практической жизни. «С наукой государственного управления связаны все мирские дела, поэтому тот, кто хочет (успеха) в мирских делах, пусть всегда будет с подня­тым жезлом (наказание)... Применение жезла, основывающееся на истинном поведении, приносит живым существам благополучие, Истинное поведение бывает добыто работою над собой и природой».

Далее Каутилья высказывает свои мысли о пользе науки. «Наука воспитывает того, чей ум направлен на сущность вещей при по­мощи желания слушать, воспринимать и познавать. Необходимо постоянное общение правителя с учеными для роста настоящего воспитания, ибо в этом общении корень истинного воспитания...

В Древней Индии были известны принцип плановости и процедура планирования как функция государственного управления. Так в «Артхашастре» приводится система управления, в которой многие вопросы экономической, финансовой и хозяйственной жизни решаются на основе этого принципа и с использованием инструментария планирования. Планировалось очень многое: распределение от­раслей производства по областям и провинциям, заселение новых областей, число и состав высших и низших чиновников в госу­дарственном аппарате, получение общих доходов и расходов, расходы на содержание государственного аппарата. И наконец; был разработан плановый инструмент для управления персона­лом, точнее — первая в мире модель Табели о рангах.

Здесь же приведем из Табели о рангах требования к некото­рым государственным служащим, подтверждающие плановый подход в управлении делами государственного хозяйства: «Надзи­ратель за торговлей должен точно знать, в какое время товары следует пускать в обращение, накапливать, закупать и продавать».

Выполнение плановых заданий сопровождалось жестким конт­ролем:

«Артхашастра» об управлении персоналом. В «Артхашастре» приведены подробные характеристики работы кадров управления всех уровней — царя, министров и советников, послов, градона­чальников, главного военачальника, главного сборщика податей в сельской местности. Затем указаны требования к армии надзира­телей, которые делились в соответствии с функциями управления по отраслям и видам производства. В «Артхашастре» приведены практически все элементы кадровой работы. Причем часто изло­жение текста идет в форме дискуссии с представителями разных иаучных школ ради получения окончательного обоснованного Решения, автором которого всегда является Каутилья.

В трактате приводятся требования к личным и деловым качествам высших руководителей — министров, главных советников, послов, домашнего жреца. Например: «Местный житель, развитый, легко руководимый, искусный в ремеслах, прозорливый, умный, с хоро­шей памятью, ловкий, красноречивый, самоуверенный, искусный в ответах, одаренный предприимчивостью и храбростью, вынос­ливый, честный, преданный, доброжелательный, сильный, здоро­вый, стойкий, но не упрямый и не легкомысленный, с приятным 'обращением, не ссорящийся — это совершенный министр. Лишенные четверти и половины этих достоинств — это средний и плохой министры».

В трактате излагаются интересные процедуры оценки кандидатов на должность министров, осуществляемые с помощью доверенных людей и тайных агентов (рекрутеров). «Их родину и способность к руководству пусть царь выяснит через доверенных людей; их искусство в ремесле и остроту в научном знании — от людей с одной с ними специальности; пусть выяснит красноречие, само­уверенность, искусство в ответах, в разговоре, из общения — честность, доброту, устойчивость в преданности; от сожителей пусть выяснит добродетель, силу, здоровье, стойкость, отсутствие упрямства и легкомыслие; лично — приветливость и неспособ­ность вызывать ссоры; пусть выяснит ум, память, ловкость — по приступу к работе; в бедствии пусть выяснит предприимчивость, храбрость, выносливость».

В трактате также излагаются методы подбора и расстановки министров. «Совместно с главным советником и домашним жре­цом царь, назначив министров на должности, пусть испытывает их хитростями.

Табель о рангах Каутильи. Одно из важнейших достижений Каутильи в области развития всемирной управленческой мысли -~ это Табель о рангах государственных служащих, приведенная в «Артхашастре». До характеристики этого трактата мы не раз упоминали о кадровой тематике, отраженной в хрестоматийных материалах по истории Древнего Востока. В частности, встреча­лись документы, в которых приводились перечень должностей высших руководителей, требования к служащим, отдельные про­цедуры подбора и расстановки кадров. Но все это не содержало единой стержневой идеи и чаще всего приводилось только для подчеркивания важности статуса первого человека в стране. Сис­темного и детального описания практически всех элементов управления персоналом, как это было сделано в «Артхашастре», в мировой литературе по общественной мысли не существовало.

Некоторые положения Табели о рангах мы уже рассмотрели. Перейдем к описанию служебных характеристик и обязанностей государственного аппарата, начиная с первого лица страны — царя. По мнению Каутильи, царь должен быть деятельным чело­веком, ибо «когда царь деятелен, то за ним деятельны все слуги. Если царь бездеятелен, то вслед за ним бездеятельны и его слуги. Поэтому пусть царь проявляет свою деятельность».

В трактате приводятся должностные инструкции, наставления и рекомендации различным надзирателям. Например, надзиратель за питейным делом должен организовывать торговлю, но «она может производиться в разных местах или же быть централизо­ванной в соответствии с выгодой при покупке и продаже».

Каутилья считал, что на каждом предприятии должна суще­ствовать четкая система вознаграждения в виде различных форм поощрения и наказания. «Надзиратель должен был заботиться, чтобы на рассвете в помещении прядильни производилась выдача платы за работу в обмен на изготовленный продукт».

Здесь же описаны меры наказания в виде штрафов, причем штрафы взимались и с надзирателя: «Если он смотрит прядущей женщине в лицо или разговаривает о посторонних делах, то с него взыскивается штраф низшего вида (до 96 пана). Если он выдает плату за работу позднее надлежащего времени, то с него следует средний вид указанного штрафа. То же следует в том случае, если он платит за неисполненную работу».

Характеристика элементов системы управления завершается в «Артхашастре» приведением полного перечня должностей и определением окладов государственных служащих в соответствии с Должностными обязанностями».

Всего в Табели о рангах было 17 рангов должностей каждый из которых, в свою очередь, содержал несколько должнос­тей, равнозначных для государства, судя по равным размерам вознаграждения. В табл. 2.1 приведена Табель о рангах Каутильи в которой сохранен оригинальный порядок должностей в каждом ранге.

Таблица 2.1

Табель о рангах государственных служащих (согласно «Артхашастре»)

Ранги

Перечень должностей

Жалованье, в панах

Состоящий при государе жрец-учитель; домашний жрец; военачальник; наследник-соправитель; мать государя; главная супруга

Главные привратники; надзиратель терема; смотритель войск; сборщик податей; главный казначей

Царевичи; их кормилицы; главные военачальники; надзиратели за деловой жизнью городов; заведующие мастерскими; члены круга советников; начальники охраны отдельных местностей и границ

Глава объединений; начальник отдельных войсковых частей: конных, на слонах, на колесницах; представители исполнительной власти

Начальники пехоты, конницы и войска, на слонах и колесницах; хранители ценных лесов и таких, в которых содержатся слоны

Обучающие езде на колесницах; обучающие езде на слонах; военные врачи; укротители коней; строители; служители по разведению животных

Предсказатели; истолкователи знамений; астрологи; чтецы пуран; возницы; певцы; служители домашнего жреца; все надзиратели

Искусно обученные пехотинцы; штат счетоводов; штат писцов; мастера, изготавливающие музыкальные инструменты

Музыканты

Ремесленники, искусные мастера

Слуги, находящиеся при двуногих и четвероногих; их помощники; лица, ухаживающие за животными; сторожа при них; укротители животных

Находящиеся на службе у ариев; наездники; гонцы; рудокопы; учителя; ученые

500-1000 (по досто­инству)

ранги ""тЗ""

Перечень должностей
Гонец среднего качества; при расстоянии свыше 10 йоджан до 100

Жалованье, в панах
Ю 20

Возница царя

Агенты (шпионы) под видом странствующих учеников, аскетов, домохозяев, купцов, монахов

Сельские работники (прислужники); шпионы-подстрекатели; монахини-отравительницы

Агенты шпионов

250 (или в соот­ветствии с затрачен­ным трудом)




Ответить

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы можете использовать HTML- теги и атрибуты:

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

2 + 6 =